Самый древний обычай, оставшийся в наследство потомкам человеческого рода в Азии, есть гостеприимство. Все мусульманские и языческие народы Азии крепко придерживаются этого обычая и доныне. Горские евреи, заброшенные судьбою изнутри Азии сюда, в горы Кавказа, почти за 7 столетий до Р. X., сохранили некоторые из обычаев своих предков-патриархов в первобытной форме, как, например, гостеприимство и обмывание ног (I кн. Бытия, гл. XVIII, 1—8), до настоящего времени.
 Если какой-либо хахам (ученый) из Палестины или из России приезжает к ним в де­ревню, то каждый из жителей деревни просит его настойчиво заехать к нему в гости; но большею ча­стью хахам заезжает или к богатым хозяевам, или к раввину. Тогда тот хозяин, к которому заехал гость, обязан взять из рук его вещи и отнести их в гостиную комнату, указать ему лучшее место на постели для отдыха с дороги и тут же обмыть его ноги. Впрочем, в некоторых местах исполняет этот обычай сама хозяйка дома. Скоро затем собираются в этот дом старики и почетные люди и подают гостю руки с привет-ствованием на библейском языке, словами: «шалом алейхем», т. е. здравия вам желаю, или «барух-габо», что значит: да будет благополучен ваш приезд, а гость должен им отвечать: «алейхем шалом!», т. е. будьте вы здоровы и благополучны! Все беседуют с ним, а хозяин подает в то время разные угощения, и все садятся с гостем обедать или ужинать. Гостю не должно быть скучно, а потому жители деревни не дают ему скучать,— один от него выходит, другой заходит, и каждому деревенскому жителю желательно узнать причину его приезда или те новости, какие он привез им; поэтому в один час уже известно всем в деревне, даже женщинам и детям, зачем приехал гость. Когда гость желает отъехать, хозяин просит его, чтобы он остался у него еще на некоторое время. Если тот беден и нуждается в помощи, тогда общество помогает ему денежным пособием, по возможности. Хозяин дает ему съестные припасы на дорогу, и один или не­сколько человек из этой деревни провожают его до следующей деревни. Кроме таких гостей, приезжают к ним свои единоверцы из соседних деревень и городов по делам торговли, по знакомству или для отдыха и ночлега; в таком случае каждый имеет своего куна­ка, т. е. доброго знакомого или приятеля. Хозяин обязан встретить гостя, взять у него из рук оружие, принять лошадь, угостить кунака, накормить коня и при отъезде провести гостя за ворота, с пожеланием ему счастливого пути. Подобное же гостеприимство хозяин надеется встретить и в свою очередь. Таким же образом принимают они и гостей из мусульман, заезжающих к ним по разным обстоятельствам или для отдыха и ночлега. Каждый мусульманин имеет та­ких же приятелей в мусульманских деревнях... Обычай у них таков, что гость не должен есть отдельно, а только вместе с хозяином; если же хо­зяина нет, то с членами семейства: ибо стыдом считается у них, если гость будет кушать отдельно. Еще есть у них адат, что, кто бы ни зашел к ним во вре­мя еды, непременно должен сесть и участвовать в компании, для чего они нередко приготовляют столь­ко кушанья, чтобы достаточно его было по крайней мере для десяти посторонних человек.
В домашнем быту женщины едят вместе с мужчи­нами, чего у мусульман не бывает, а когда заходит посторонний человек, то они удаляются и едят отдаль, в своей комнате.
В будничные дни в обед и ужин кушанья подаются на больших круглых деревянных подносах, а в праздничные дни или в присутствии гостей — на боль­ших круглых медных подносах. Поднос ставится на полу, на ковер, который покрыт ситцевым платком, а в праздник или при гостях — шелковым. Под платком лежит хлеб, т. е. чуреки, которые они пекут раз в не­делю, от одной пятницы до другой (когда же приезжа­ет к ним знатный гость, то они тогда особо пекут свежий хлеб), возле чуреков разложены соль, чеснок и лук, а в праздничные дни и для гостей прибавляются разные фрукты; вокруг подноса садятся, поджав ноги, мужчины; возле дверей стоят несколько человек для прислуги, а в семейном быту — кто-нибудь из членов семейства. Прислуга подает к столу, т. е. к подносу, воду для обмывания рук, потом хозяин читает молит­ву и берет чурек, разламывает его на столько кусков, сколько сидит вокруг подноса людей, и бросает каж­дому по куску, после чего каждый, прочитывая корот­кую молитву, т. е. благодаря Бога за хлеб и за соль, обмакивает свой кусок чурека три раза в соль и на­чинает есть; потом хозяин берет другой чурек, разла­мывает его на куски, обмакивает все куски в соль и отсылает их через прислугу женщинам в их комнату; потом пробуют фрукты для того, чтобы поблагодарить за них Бога; после фруктов едят лук и чеснок с хле­бом, вместо первого блюда. В это время является хо­зяйка с покрытым платком лицом и подает кушанья; за ней идет и прислуга с остальными блюдами, пото­му что все блюда подаются вместе, за один раз. Тут образуется смесь всяких кушаний: суп с бараниною, говядиною или курдючьим салом, с клецками, сде­ланными квадратиками или треугольниками из пше­ничной муки, сваренными жидко в воде и приправлен­ными уксусом и чесноком, что называется у них хин-кал; или суп из фасоли с говядиной, бараниной или с салом, приправленный чесноком и кислыми ягодами; плов из круп, с курдючьим салом, приготовлен­ный густо, как каша, приправленный изюмом и покрытый сверху яичницею; иногда яичница особо; от­варенная баранина или говядина; жаркое особо; к нему добавляется маринованный чеснок и маринован­ные огурцы на особом блюде, что заменяет наш салат ; наконец — сладкие кушанья, состоящие из жареных или вареных груш, яблок, слив в меду или са­харе, с курдючьим салом, с изюмом, что заменяет наш компот. Все вышеупомянутые кушанья приготовляют­ся с большим количеством чесноку, что непривычному европейцу трудно переносить. Берут они понемногу от всех блюд, смешивают вместе и едят руками; ложки употребляют для супа, но очень редко, а говядину берут или руками, или заостренными деревян­ными палочками, или же каждый особо разрывает свой кусок на кусочки руками или режет ножиком своим, имеющимся под кинжалом у каждого мужчины. К столу подаются и напитки — водка и вино, приготовляемое ими из своих виноградников или купленное у своих собратьев; они пьют много за столом, так что поминутно, немного закусив, пьют за чье-либо здоровье; но я редко встречал между горскими евреями людей, которые бы напивались до того, чтобы свалиться с ног. На ужин большею частью подают хинкал, или жа­реную и копченую соленую рыбу, называемую ими кутум, или же жарят фасоль в масле и сале с чесноком, солью и луком. Все эти кушанья они приготовляют для праздничных дней и для важных гостей; в семейном же быту обходятся хлебом с сыром или кутумом, луком и чесноком. 
Сверх этих кушаний они любят еще зелень и едят ее весьма много, без всякого приготовления, иногда с хлебом, иногда без хлеба. В Кубе я был приглашен в гости к некоторым богатым евреям, которые угоща­ли меня вином и водкой и подали закусить одних только трав более 5 сортов разного вкуса. Летом они едят их постоянно с хлебом. Вообще, при случае, все они без исключения кушают весьма много; большой круглый поднос с пловом подается несколько раз к столу сверх остальных блюд, да кроме того, каждый из них может съесть за столом 2 и 3 больших чурека. Зато в дороге они могут обходиться только чуреками, луком, чесноком и сыром на очень продолжительное время. Если гость заехал в дом какого-либо хозяина и квартира ему не нравится или неудобна, то он не мо­жет перейти на другую квартиру, потому что это почитается большою обидою для хозяина квартиры, а также большим стыдом для того, кто его примет в свой дом; между этими двумя хозяевами непременно произойдет ссора, и они могут сделаться навсегда между собою врагами.

Путешественник И. Я. ЧЕРНЫЙ
Владикавказ
9 января 1869 года.
Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис, 1870. Вып. 3.